суббота, 13 апреля 2013 г.

Обнародовано прощальное письмо Гагарина родным



Из 1961 года 2011-й казался "фантастическим" годом. Хотя разделяют эти даты всего каких-то 50 лет - по космическим меркам не срок. Да космосу и неведома ценность времени. Она важна для человека, чья жизнь - мгновение. "Вся моя жизнь кажется мне сейчас одним прекрасным мгновением", - объявляет на весь мир 27-летний Юрий Алексеевич Гагарин 12 апреля 1961 года - за считанные минуты до того, как устремиться в неведомое пространство за пределами Земли.
108 минут полета - так мало, меньше двух часов, ничто в масштабах Вселенной - вдруг приобретают огромное значение, запоминаются на годы. Спустя полвека ценность этих 108 минут, давших старт космической эре человечества, официально признают на всей планете - Генеральная Ассамблея ООН провозгласит 12 апреля Международным днем полета человека в космос. Что значили эти минуты именно для этого человека, какой ценой они дались ему - об этом уже не дано узнать в полной мере. Но все же есть то, что сохранила история.
За два дня до полета Юрий Гагарин пишет прощальное письмо жене Валентине Ивановне и двум дочерям Елене и Галине. Начинается оно словами о радости и счастье, которые выпали ему как первооткрывателю дороги в космос, пронизано оптимизмом и верой в великое будущее, но в целом получилось по-земному сентиментальным и печальным.


"Здравствуйте, мои милые, горячо любимые Валечка, Леночка и Галочка!

Решил вот вам написать несколько строк, чтобы поделиться с вами и разделить вместе те радость и счастье, которые мне выпали сегодня. Сегодня правительственная комиссия решила послать меня в космос первым. Знаешь, дорогая Валюша, как я рад, хочу, чтобы и вы были рады вместе со мной. Простому человеку доверили такую большую государственную задачу - проложить первую дорогу в космос!

Можно ли мечтать о большем? Ведь это - история, это - новая эра! Через день я должен стартовать. Вы в это время будете заниматься своими делами. Очень большая задача легла на мои плечи. Хотелось бы перед этим немного побыть с вами, поговорить с тобой. Но, увы, вы далеко. Тем не менее я всегда чувствую вас рядом с собой.

В технику я верю полностью. Она подвести не должна. Но бывает ведь, что на ровном месте человек падает и ломает себе шею. Здесь тоже может что-нибудь случиться. Но сам я пока в это не верю. Ну а если что случится, то прошу вас и в первую очередь тебя, Валюша, не убиваться с горя. Ведь жизнь есть жизнь, и никто не гарантирован, что его завтра не задавит машина.
Береги, пожалуйста, наших девочек, люби их, как люблю я. Вырасти из них, пожалуйста, не белоручек, не маменькиных дочек, а настоящих людей, которым ухабы жизни были бы не страшны. Вырасти людей, достойных нового общества - коммунизма. В этом тебе поможет государство. Ну а свою личную жизнь устраивай, как подскажет тебе совесть, как посчитаешь нужным. Никаких обязательств я на тебя не накладываю да и не вправе это делать.
Что-то слишком траурное письмо получается. Сам я в это не верю. Надеюсь, что это письмо ты никогда не увидишь, и мне будет стыдно перед самим собой за эту мимолетную слабость. Но если что-то случится, ты должна знать все до конца.
Я пока жил честно, правдиво, с пользой для людей, хотя она была и небольшая. Когда-то, еще в детстве, прочитал слова В. П. Чкалова: "Если быть, то быть первым". Вот я и стараюсь им быть и буду до конца. Хочу, Валечка, посвятить этот полет людям нового общества, коммунизма, в которое мы уже вступаем, нашей великой Родине, нашей науке. Надеюсь, что через несколько дней мы опять будем вместе, будем счастливы.


Валечка, ты, пожалуйста, не забывай моих родителей, если будет возможность, то помоги в чем-нибудь. Передай им от меня большой привет, и пусть простят меня за то, что они об этом ничего не знали, да им не положено было знать. Ну вот, кажется, и все. До свидания, мои родные. Крепко-накрепко вас обнимаю и целую, с приветом, ваш папа и Юра.

10.04.61 г."

Вещий сон о возвращении
А накануне полета Гагарину снится сон - не о космосе - о возвращении домой. Потом он вспомнит, что ему снилось, как он вернулся и идет по Красной площади. Детали уже не восстановить - половину сна он забыл.
Но сон не обманет: на Красной площади по возвращении из космоса он получит из рук Хрущева Золотую звезду Героя Советского Союза. А перед этим - шагая по красной ковровой дорожке по взлетному полю аэропорта "Внуково" к правительственной трибуне для доклада о выполнении полета - Гагарин взволнует всех трогательной деталью: развязавшимся шнурком.
"Товарищ первый секретарь Центрального комитета Коммунистической партии Советского Союза! Рад доложить вам: первый в мире космический полет совершен на советском космическом корабле "Восток" 12 апреля 61-го года. Все системы оборудования корабля работали четко и безупречно. Самочувствие отличное. Готов выполнить любое новое задание нашей партии и правительства. Майор Гагарин".
Тысячи людей, собравшихся на улицах и площадях столицы, вытягивали головы, чтобы разглядеть удивительного человека. Все они верили, что полет действительно прошел безупречно. Правда выяснится лишь через годы - на самом деле, была целая череда неприятностей и нештатных ситуаций, а корабль был в такой степени готовности, что в развитую космическую эпоху его бы ни за что не отправили в полет с человеком на борту. Все закончилось благополучно буквально благодаря счастливым случайностям.
Как проходил полет и что видел Гагарин в иллюминатор
Несмотря на десятки наземных экспериментов, никто не представлял, что произойдет с человеком, когда он надолго окажется в невесомости. Была версия, что, оказавшись на такой сумасшедшей высоте над землей, он просто потеряет рассудок. В "Востоке" установили систему ручного управления. Но включить ее можно было, только открыв цифровой замок.
Код Госкомиссия Гагарину не сообщила. Он был в корабле в специальном конверте. Считалось: если космонавт достанет конверт, вскроет его, прочтет и сможет набрать код - значит, он в своем уме и сможет сам управлять кораблем. Правда, конструктор корабля Олег Ивановский и летчик-испытатель Марк Галлай признались, что код "125" по секрету сообщили Гагарину до посадки в корабль.
Первая неприятность случилась уже через несколько минут после старта ракеты. Из-за ошибок в электрике "Восток-1" оказался на орбите на 40 километров выше, чем рассчитывали баллистики. Эта разница могла бы стоить космонавту жизни - спуск с "нерасчетной" высоты занял бы 15-20 суток вместо планировавшихся 5-7. Шансов столько времени продержаться, когда иссякнут запасы пищи и воды, у человека не было.
Из послеполетного доклада Юрия Алексеевича: "…Тут увидел я горизонт... звезды, небо черное, прямо совершенно черный цвет неба... Очень красивый горизонт, видно прямо окружность Земли, горизонт и такой голубой цвет вокруг всей Земли, вокруг горизонта, такой нежный-нежный голубой цвет у самой поверхности Земли. Затем постепенно темнеет, фиолетовый оттенок приобретает и переходит в черный цвет".
Обратный путь уже не был лиричным: "Приготовился к спуску. Закрыл правый иллюминатор. Притянулся ремнями, закрыл гермошлем и переключил освещение на рабочее..." Космический корабль начал мелко подрагивать, за обшивкой нарастал шум. Росла перегрузка. В нужный момент, к счастью, включилась тормозная двигательная установка. Только выключилась она чуть раньше, чем положено. А это означало - в заданном районе спускаемая капсула "Востока-1" не приземлится. Недолет составил около 110 километров: Гагарина ждали под Сталинградом (нынешний Волгоград), а приземлился он в Саратовской области.
Раз техника не отработала положенное, не произошло вовремя и разделения спускаемого аппарата и приборного отсека. Корабль крутило, словно юлу, запущенную озорной детской рукой. Скорость вращения - около 30 градусов в секунду. Из послеполетного доклада Юрия Алексеевича: "Все кружилось: тo вижу Африку, то горизонт, то небо. Только успевал закрываться от солнца, чтобы свет не падал в глаза. Я поставил ноги к иллюминатору, но не закрывал шторки...Я решил, что тут не все в порядке... Прошло минуты две, а разделения нет. Прикинул, что... все-таки тысяч шесть километров есть до Советского Союза, да Советский Союз тысяч восемь километров, до Дальнего Востока где-нибудь сяду".
Лишь через десять долгих минут раздался хлопок, и спускаемый аппарат разделился с приборным отсеком. Инженеры до сих пор спорят - была ли эта десятиминутная задержка технической неисправностью или из-за "недоработки" двигательной установки включилась резервная система разделения отсеков, которая и должна была освободить спускаемый "шарик" Гагарина спустя 10 минут.
Тут начались новые неприятности. За иллюминаторами явно слышалось потрескивание, кабину освещали багровые отблески пламени. Плавится обшивка, по иллюминатору текут струи раскаленного металла. Гагарин, как и все космонавты первого набора, - из летчиков-истребителей. А для летчика нет страшнее ЧП, чем огонь на борту. На самом деле спуск проходил штатно - от плазмы, охватывающей корабль в верхних слоях атмосферы, корабль спасала термоизоляция.
Из послеполетного доклада Гагарина: "...Чувствуется, начинается торможение, какой-то слабый зуд по конструкции идет, это заметил, поставив ноги на кресло. Потом этот зуд проходит. Здесь я уже занял позу для катапультирования, сижу жду. Перегрузка, по моим ощущениям, была за 10 ед. Был такой момент примерно секунды две-три. Начали расплываться приборы, немножко сереть, но поднапрягся - все нормально, все на своих местах.

На высоте примерно около 7 тысяч метров происходит отстрел крышки люка: хлопок - и ушла крышка люка. Я сижу и думаю, не я ли катапультировался? Так тихонько голову кверху повернул, и в этот момент выстрел - и я катапультировался, быстро, хорошо, мягко, ничем не стукнулся. Вылетел с креслом...".

На высоте около 4 километров катапультное кресло выскальзывает из-под космонавта. Раскрывается основной парашют. Гагарин спускается к Земле. И тут раскрывается запасной парашют. Раскрылся и повис вниз. Оказалось - случайно раскрылся ранец, в котором он находился. Вдруг подул ветерок...
Из послеполетного доклада Гагарина: "Раскрылся второй парашют, наполнился, и на двух парашютах дальше я спускался… Купола красивые, оранжевые..."
Еще одна удача: некстати раскрывшийся второй парашют запросто мог перекрутиться с первым и "затушить" его. К счастью, запасной парашют не помешал основному. Юрий Алексеевич доложил: "Приземление очень мягкое было...".
Как космонавта встретили на Земле
А дальше он вспоминает: "Ступив на твердую почву, я увидел женщину с девочкой, стоявших возле пятнистого теленка и с любопытством наблюдавших за мной. Пошел к ним. Они направились навстречу. Но чем ближе они подходили, шаги их становились медленнее. Я ведь все еще был в своем ярко-оранжевом скафандре, и его необычный вид немножечко их пугал..."

"Потом подбежали механизаторы, группа солдат с офицером, проезжавших на грузовиках по шоссе, а затем подоспели и специалисты из группы встречи и спортивные комиссары, которые должны были зарегистрировать рекордный полет в космос. Мы все поехали на берег Волги, в стоявший на отлете домик. Там я принял душ, пообедал и поужинал сразу, на этот раз по-земному, с хорошим земным аппетитом...".

В том домике в деревне Смеловка Гагарина и запечатлел некий подполковник из той самой группы встречи сразу после душа и переодевания героя. Это уникальное ФОТО спустя 50 лет принес в "Московский комсомолец" член Союза писателей России Валерий Ивачев. А известная в прошлом радиожурналистка Валентина Хмельницкая отдала для публикации тому же изданию неизвестный автограф первого космонавта, оставленный им на открытке 10 апреля 1962 года.
"Вся моя жизнь кажется мне прекрасным мгновением..."
Но все это было уже потом. А 12 апреля 1961 года Юрий Алексеевич Гагарин готовится к старту в неведомое с космодрома Байконур. За несколько минут до этого по радио передадут его приветственную речь:
Здравствуйте - Дорогие друзья, близкие и незнакомые, соотечественники, люди всех стран и континентов!

Через несколько минут могучий космический корабль унесет меня в далекие просторы Вселенной. Что можно сказать вам в эти последние минуты перед стартом?

Вся моя жизнь кажется мне сейчас одним прекрасным мгновением. Все, что прожито, что сделано прежде, было прожито и сделано ради этой минуты. Сами понимаете, трудно разобраться в чувствах сейчас, когда очень близко подошел час испытания, к которому мы готовились долго и страстно. Вряд ли стоит говорить о тех чувствах, которые я испытал, когда мне предложили совершить этот первый в истории полет. Радость? Нет, это была не только радость. Гордость? Нет, это была не только гордость. Я испытал большое счастье. Быть первым в космосе, вступить один на один в небывалый поединок с природой - можно ли мечтать о большем?
Но вслед за этим я подумал о той колоссальной ответственности, которая легла на меня. Первым совершить то, о чем мечтали поколения людей, первым проложить дорогу человечеству в космос. Это ответственность не перед одним, не перед десятками людей, не перед коллективом. Это ответственность перед всем советским народом, перед всем человечеством, перед его настоящим и будущим.

И если тем не менее я решился на этот полет, то только потому, что я коммунист, что имею за спиной образцы беспримерного героизма моих соотечественников - советских людей. Я знаю, что соберу всю свою волю для наилучшего выполнения задания. Сейчас до старта остается всего несколько десятков минут. Я говорю вам, дорогие друзья, мои соотечественники, до свидания, как всегда говорят люди друг другу, отправляясь в дальний путь. До скорой встречи!

А спустя несколько часов будет передано сообщение ТАСС: "12 апреля 1961 года в Советском Союзе выведен на орбиту вокруг Земли первый в мире космический корабль-спутник "Восток" с человеком на борту. Пилотом-космонавтом космического корабля-спутника "Восток" является гражданин Союза Советских Социалистических Республик летчик майор ГАГАРИН Юрий Алексеевич". Оно станет самым цитируемым в мире.
(Подготовлено по материалам ИТАР-ТАСС, "Московского комсомольца","Комсомольской правды" и научно-популярного журнала "Пропаганда".)

Комментариев нет:

Отправить комментарий